Литература:

Американская норка

Приключения черного соболя

Киринас

Древесный разбойник

Из жизни самки колонка

Ласка мореплаватель

Выдренок Сашка

Тот самый колонок

Домашний колонок



Наука:

Особенности биологии соболя

Биологические термины

----------------------------------------------

Щенки

 ФОРУМ



американская норка
соболь
ласка
Харза
горностай

Американская норка

Она родилась в тесной клетке Пушкинского зверосовхоза и никогда не видела реки. Ее предки были вывезены из Северной Америки для разведения в неволе, - шкурки этих полуводных зверьков ценились очень дорого. Природе было угодно поместить на ее груди большое белое пятно, обесценившее шубку. Звероводы назвали невольницу Пегашкой и готовили ее для передачи в лабораторию по выведению "цветных" норок. Неожиданно в зверосовхоз поступило распоряжение об отправке сотни "американок" на Дальний Восток. Ученые-охотоведы задумали выпустить их там на волю с целью акклиматизации.

В партию переселенцев попала и Пегашка. Ее перегнали в еще меньшую, транспортную клетку, вместе с другими зверьками отвезли на станцию и погрузили в темный и душный товарный вагон. Начались тяготы длительного пути. Испуганно сновавшие зверьки часто опрокидывали поилки и страдали от жажды. От постоянной тряски у многих из них пропал аппетит. Лишь к концу лета прибыл поезд на станцию Хабаровск.

В тридцатые годы по Амуру ходили двухколёсные пароходы. На палубу одного из них и были перегружены клетки с норками. Повеяло речной прохладой. Зверьки еще больше заволновались, стремясь поскорее выбраться на свободу. В Троицком переселенцев выгрузили на берег. Здесь их ожидала целая флотилия узких долбленых лодок - батов. Пригнали лодки местные охотники нанайцы и удэгейцы, жители Сиры и Биры - поселков, расположенных на Анюе.

Долгожданных новоселов угостили свежей рыбой и приятной речной водой, погрузили на баты. Быстрое течение Анюя не позволяло идти на веслах, и батчики шли на шестах. Как ни заботились о норках сопровождающие, некоторые из зверьков не перенесли долгого утомительного пути: на Анюй прибыли девяносто четыре "американки".

На второй день подъема по реке начался выпуск наиболее ослабленных зверьков. Пегашка же хорошо перенесла тяготы пути, и ее поместили в партию, предназначавшуюся для расселения на притоке Анюя - Тормасу. Лишь на пятый день прибыла Пегашка к новому месту жительства.

Стремительно несла Тормасу свои прозрачные воды на Анюй. Сквозь нетолстый слой воды хорошо просматривалось ее каменистое дно. По берегам росли пышные смешанные леса. Здесь предстояло жить нашей норке. И неуспели еще охотники снять дверцу с клетки, как Пегашка опрометью вылетела на свободу и мгновенно скрылась в бурлящей воде.

Когда же, утомившись, она вынырнула и осмотрелась, люди уже исчезли. Монотонно шумела река. Испачканная в клетке шкурка Пегашки промокла, ей стало холодно. Забравшись под сухой валежник, лежавший на берегу, Пегашка принялась тщательно очищать свою шубку. Обсохнув, вспомнила о еде. Привыкнув находить ее в кормушке, она направилась к клетке, заботливо поставленной охотниками под залом.

Проникнув внутрь ее, Пегашка схватила кусочек недоеденного мяса и убежала под валежник. Утолив голод она снова принялась за свой туалет. Но прошло несколько дней прежде чем ее темно-коричневый густой волос приобрел блеск и стал непромокаем. С каким наслаждением плавала и ныряла Пегашка! Дремавший в ней инстинкт полуводного зверя проснулся. Ведь река была ее родная стихия! В Тормасу, водилось много рыбы. Осенью из мелких горных ключей и речушек скатывались вниз хариус и ленок, гальян и чебак, спускался прожорливый таймень Пе- гашка успешно рыбачила на перекатах и мелководье но однажды чуть не угодила сама в пасть пудового тайменя. Очень пришлись по вкусу норке мелкие раки в множестве копошившиеся в корнях растущих у воды деревьев.

Установилась яркая солнечная погода. Неслышно осыпались пожелтевшие листья с деревьев. Первой сбросила свой наряд черемуха, за ней - ясень, маньчжурский орех, и только приречная ива да ильм стояли ярко-зелеными. Но переселенке некогда было любоваться их красотой. По берегам реки водилось немало мелких птиц, пищух, поползней, трясогузок, до которых Пегашка была большой охотницей. Плавая в реке, норка нередко вспугивала мандаринок, чешуйчатых крохалей и уток-каменушек, но нападать на этих крупных птиц она пока не решалась. Обилие пищи и солнца располагало к играм, и Пегашка, изредко встречая своих собратьев, вместе с ними предавалась забавам. Выйдя на берег и угбившись в лес в поисках добычи норка едва не столкнулась с каким-то огненно-рыжим зверьком. Долго рассматривали они и обнюхивали друг друга на почтительном расстоянии. Впервые видела Пегашка колонка.Чувствуя свое превосходство в силе, она медленно стала приближаться к незнакомцу, издавая писк напоминавший крик молодого коршуненка. Испугавшийся колонок убежал прочь, а норка вскоре поймала короткохвостую полевку и с аппетитом позавтракала.

Приближалась зима. Уменьшились запасы рыбы, раки забрались в глубокие норки. Моллюски и лягушки начали зарываться в ил. Улетели утки и насекомоядные птицы. Добывать корм становилось все труднее и труднее. Пегашка зачастила в лес на охоту за полевками. Иногда ей удавалось прихватить спящего на земле рябчика - это была самая желанная для нее добыча. А вскоре выпал снег и лед сковал реку. Только кое-где на быстринах оставались открытые полыньи.

Однажды, когда Пегашка гонялась у самого дна за юркими ленками, около нее мелькнула длинная тень. Испуганная норка помчалась к перекату: ей казалось что на нее снова нападает таймень, но это была не рыба.Когда Пегашка выскочила на мелководье и обернулась, то увидела, что на камне посреди Полыньи, сидит незнакомый подслеповатый зверь с перепончатыми лапами. Это была выдра. Речная разбойница не стала преследовать норку. Впоследствии она почти не появлялась в охотничьих угодьях Пегашки.

А зима только вступала в свои права. Уровень воды в Тормасу продолжал падать. Лед повис над обнаживши мися берегами. Образовались обширные пустоледы, по кото рым особенно любила бегать норка. Появлялась она теперь на поверхности лишь тогда, когда собиралась поохотиться в прибрежном лесу или порезвиться на голом льду. Однажды, когда Пегашка беспечно плавала у края полыньи, сверху на нее бесшумно набросилась большая птица. Вытянув вперед когтистые лапы, она чуть было не заграбастала зазевавшегося зверька, но промахнулась. В страхе норка глубоко нырнула и долго потом отсиживалась подо льдом. А рыбный филин продолжал караулить ее у полыньи. Ночная охота в лесу все больше увлекала Пегашку. Здесь, кроме полевок, водились рябчики, но зато и врагов было больше, чем на реке. Вскоре ей пришлось познакомится с соболем. Стояла лунная ночь. Бесшумно сновала норка среди корней старых кедров, обнюхивая каждую щель, когда с дерева на землю спрыгнул коричневый зверек. по длине он не превосходил Пегашку, но зато был тол- ще ее. На круглой голове с крупными ушами сверкали большие глаза, на толстых лапах виднелись цепкие белые коготки. Пегашке зверек показался добродушным и даже робким, но как только он увидел незнакомку, шерстка на нем поднялась дыбом, и не успела норка УКРЫТЬСЯ между корней, как соболь в несколько больших проворных прыжков очутился рядом и больно укусил ее за спину. С писком набросилась Пегашка на забияку, но соболь заскочил на ствол кедра и увернулся от ее острых зубов. Бороться с противником, так молниеносно взлетающим на деревья, норка не могла, и она помчалась к спасительной реке. Соболь преследовал ее по пятам. При этом он сердито урчал и пытался снова укусить ее за спину. Добежав до полыньи, беглянка нырнула в воду, избавившись таким способом от преследователя.

После этого происшествия Пегашка отсиживалась несколько дней на реке, но голод заставил ее снова углубиться в тайгу. Несколько полевок заметно подкрепили норку. Возвращаясь домой, она неожиданно углядела на своей тропе двух длиннохвостых непальских куниц. Предчувствуя беду, Пегашка повернула обратно, но куницы уже заметили ее и пустились вдогонку. На свое счастье, Пегашка выбежала на каменную россыпь. Проскользнув в щель между камней, норка протиснулась в узкий извилистый лабиринт и здесь затаилась. Одна из куниц последовала за ней, но тут же едва выбралась назад. Напрасно скребли куницы песчаник, не поддавался он их зубам. Пришлось Пегашке в течение нескольких часов отсиживаться среди каменных расселин. А когда забрезжило утро и куницы ушли, она осторожно вылезла из убежища и поспешила к реке.

Наступил первый месяц весны. Пегашка устроила в дупле упавшего на землю ясеня теплую сухую нору и поселилась там. Во время дальних переходов она встречалась со своими собратьями-переселенцами, но относилась к ним отчужденно. Вскоре у нее появилось шесть слепых детенышей, заботой о которых норка заполнила все свое время. Быстро росли малыши. К концу лета они достигли размеров матери и постепенно покинули родное дупло, разойдясь в разные стороны. И снова Пегашка осталась одна. Окружающий лес и река стали для нее родными. Она помнила каждый камешек на берегу, каждую мышиную норку и никогда не забывала о своих врагах, отправляясь в лес, без которого не могла жить так же, как и без реки.

В.П. Сысоев

  


Все правава защищены согласно закону об авторском праве.
При размещении материалов с сайта ссылка на сайт и авторов статей обязательна.
ДЦК "Соболь" © 2006-2016